Если бы человек появлялся на свет с полным набором навыков, младенцы, наверное, уже в роддоме обсуждали бы перспективы акций на бирже. Но реальность скромнее: даже способность видеть мир объемным — бинокулярное зрение — не дается нам от рождения. Это сложный «навык», который развивается в первые годы жизни, словно младенец проходит курсы повышения квалификации для своих глаз.
Когда новорожденный впервые открывает глаза, его зрение больше напоминает размытую картинку старого телевизора. Мозг еще не умеет совмещать изображения от двух глаз в единую трехмерную картину. Примерно до 3–4 месяцев дети видят мир плоским, как страница из книжки-раскраски. И только постепенно, благодаря ежедневной практике — рассматриванию погремушек, лиц родителей, кота, который вечно путается под ногами — нейроны мозга учатся синхронизировать сигналы от левого и правого глаза. Это похоже на то, как два музыканта в оркестре настраиваются друг на друга: сначала какофония, потом гармония.
Почему же эволюция не предусмотрела такую важную функцию заранее? Ученые предполагают, что это часть «стратегии» развития. Мозг ребенка изначально пластичен — он адаптируется к условиям среды. Если младенец рождается с небольшим косоглазием или иными особенностями, система бинокулярного зрения может «перестроиться», чтобы компенсировать проблему. Но для этого нужен зрительный опыт. В этом кроется забавный парадокс: чтобы видеть в 3D, нужно сначала… увидеть много 2D.
Критический период для формирования бинокулярного зрения — первые 2–3 года жизни. Если в это время глаза ребенка по каким-то причинам не работают согласованно (например, из-за врожденной катаракты или неисправленных нарушений рефракции), трехмерное восприятие может не развиться вовсе. Именно поэтому детские офтальмологи так настойчиво советуют вовремя проверять зрение. Представьте, что случится, если один музыкант в дуэте внезапно перестанет играть: мелодия рассыплется.
Интересно, что даже взрослые, лишенные бинокулярного зрения с детства, не смогут его «натренировать» позже. Мозг попросту не имеет нейронных связей для обработки стереоскопической информации. Зато те, у кого бинокулярное зрение развилось нормально, получают суперспособность: они могут оценивать расстояние до предметов, ловить мяч и без промаха наливать чай в чашку. Попробуйте сделать это с одним закрытым глазом — и вы поймете, что трехмерное зрение стоит того, чтобы ради него в младенчестве «поработать».
Кстати, животные — от сов до обезьян — тоже проходят подобные этапы развития зрения. Но у человека процесс сложнее, ведь нам нужно не только охотиться или избегать хищников, но и, скажем, вдевать нитку в иголку или парковать машину в узком дворе. Можно сказать, что бинокулярное зрение — это первый в жизни «гаджет», который ребенок собирает самостоятельно. Без инструкции, методом проб и ошибок.
Так что в следующий раз, глядя на младенца, который завороженно тянется к мобилю над кроваткой, помните: он не просто развлекается. Он упорно трудится, соединяя два плоских изображения в объемный мир. И если все пойдет по плану, через пару лет он сможет отблагодарить вас, метнув в вас мяч с идеально рассчитанной траекторией. Правда, вряд ли это стоит считать бонусом.
